Через пять лет после

Через пять лет после

Через пять лет после своего выхода музыкальное видео 2PM на песню «My House» вновь стало популярным на YouTube. Видя это, JYP Entertainment выпустили бонусное видео к нему — живое исполнение песни на концерте группы.

Клип «My House», выпущенный еще в 2015 году, внезапно становится горячей темой на форумах корейского онлайн-сообщества, поскольку алгоритм YouTube отображает музыкальное видео в рекомендациях для многих пользователей в Корее. Это музыкальное видео было выпущено всего за год до того, как участники 2PM начали заступать на военную службу.

После просмотра музыкального видео корейские пользователи сети начали скучать по эре «My House», оставляя следующие комментарии:

• «Просто сделайте еще одно возвращение с этой песней»,
• «Ребята, как вы могли все уйти в армию и оставить нас одних?»,
• «Чем старше я становлюсь, тем яснее понимаю, насколько они хороши».

23 января в ответ на внезапный всплеск популярности музыкального видео JYP Entertainment выпустили специальный бонусный клип 2PM, исполняющих песню на своем концерте «2PM Concert House Party».

Посмотрите оба видео ниже.

Александр Качура в 2014 году уехал из Донецка в Мариуполь. Он работал в МЧС, и в один день сотрудникам сказали: либо присягаете ДНР, либо переходите на сторону Украины. Александр собрал всю свою жизнь в клетчатую сумку и уехал. Его девушка осталась в Донецке. Сейчас она работает в пресс-службе представительства самопровозглашенной республики, Александр — на той же должности, но в областной администрации в Краматорске. Он находится на сайте «розыска предателей» ДНР, она — в такой же украинской базе. TUT.BY побывал на Донбассе, чтобы увидеть, как живет регион спустя пять лет после начала конфликта.

Местные жители, с которыми мы встречаемся в Краматорске, Славянске, Дружковке при упоминании «конфликта» исправляют нас.

— Это не конфликт. Это война, которая идет уже шестой год, — говорит координатор волонтерского движения «Краматорські бджілки» («Краматорские пчелки») Ирина Сидоренко.

«Каждый день молимся за мир, уже шестой год»

В 2014 году она и еще несколько неравнодушных пенсионерок объединились, чтобы помочь добровольцам и армии.

— Видели, что катастрофа, нужно хоть чем-то помочь, — говорит волонтер Юлия Агуревнина. — Передавали одеяла, обувь, одежду, шили трусы и рукавицы, а еще подушечки, чтобы ребята не мерзли, когда в танке сидят. К нам постоянно приходили новые люди, самому пожилому волонтеру — 90 лет, он еще помнит войну с немцами. И конечно, он не думал, что война повторится. Дедушка этот дома разбирал мешковину на нитки, мы их потом красили и делали «кикиморы» — маскировочные костюмы для армии. Сейчас в основном плетем маскировочную сетку. Мы каждый день молимся за мир. Когда начинаем плести белую сетку, для зимы, надеемся, что черно-зеленую, летнюю, нам уже не придется делать. Потом летнюю плетем — и надеемся, что зимнюю уже не будем делать. И так шестой год.

— Почему сетки нельзя просто закупить?

— А почему Порошенко проиграл на выборах? — вопросом на вопрос отвечает Ирина Сидоренко. — Наша армия не обеспечена сетками в полной мере, но надеемся, скоро ситуация изменится. Маскировочные сетки — расходная вещь. Пиф-паф — и все разлетелось. Наши сетки порвались, их можно просто выбросить. А если сетки закупили из бюджета, военные должны их за собой еще пять лет тягать, и неважно, что сетка вышла из строя, — такие правила.

По приезде в Краматорск сразу бросается в глаза, что все вывески здесь на русском, местные тоже говорят на русском — но только не «Краматорські бджілки».

— В 2014 году, как только нас пришли «спасать», мы сразу же перешли на украинский, — говорит волонтер Александр Бесперстов. — Извините, но это принципиальная позиция — у нас каждый день идет война.

— Украинский язык мы знали, но в быту говорили на русском, — рассказывает Юлия Агуревнина. — На украинский перешли, когда начался конфликт, чтобы нас больше «не спасали». Я работаю в детском саду, у нас все на украинском, кроме яслей. Родители иногда возмущаются, но дети все понимают, им переводчик не нужен. В школах, университетах теперь образование тоже только на украинском. Может, это выглядит как слишком радикальный шаг, но я считаю, что в ситуации агрессии со стороны России это было правильное решение.

Местные жители говорят, что хотя сообщений об обстрелах в последнее время стало значительно меньше, они все равно каждый день чувствуют войну. У многих распались семьи, где люди не разделяют взгляды друг друга. Ирина Сидоренко, например, уже пять лет не разговаривает со своим братом.

— Мы хорошо знаем, что за страна у нас под боком, поэтому понимаем, что быстро война не закончится, — говорит она. — Но я верю президенту Зеленскому и очень надеюсь на мир.

«Война закончится, когда Россия откажется от проекта Новороссия»

Александр Качура переехал из Донецка в Мариуполь в 2014 году.

— Я работал в Донецке в МЧС. Однажды нас с ребятами поставили перед выбором: или вы присягаете ДНР, или уходите на сторону Украины. Часть присягнули, часть ушла. Вся моя жизнь, по сути, поместилась в одну большую клетчатую сумку. Все, что у меня важное было, я собрал и уехал в Мариуполь. Там прожил год.

Александр говорит, что уехал «на сторону Украины» за свои деньги, никакая помощь от государства переселенцам не выделялась:

— Это была моя проблема — как себя прокормить, как оплатить жилье.

Сейчас Александр работает в областной администрации, которая временно, пока Донецк занят самопровозглашенной властью, находится в Краматорске.

— Цены в Краматорске выше, чем в Харькове, потому что у нас здесь много военных, а у них хорошие зарплаты — под 20 тысяч гривен (около 850 долларов). У остальных — хорошо если 10 тысяч выходит. Снять "однушку" — 3 тысячи гривен (около 120 долларов), коммуналку зимой оплатить — еще 1800 (около 75 долларов). Купить простенькую квартиру в Краматорске можно за 7−10 тысяч долларов. В Донецке, кстати, страшно обвалились цены на жилье. Там теперь "двушку" за 30 тысяч продать — за счастье.

В Донецке остались родные Александра, но приехать к ним в гости он не может. По его словам, несколько раз родственников вызывали на допросы «люди, у которых чистый российский говор, на Донбассе так не говорят».

А еще в родном городе осталась девушка Александра: она поддержала ДНР и теперь работает в администрации представительства самопровозглашенной власти.

— Мы, можно сказать, оказались по разные стороны баррикад. У меня похожая работа, но в Украине. Теперь моя фамилия в списках предателей на сепаратистском сайте «Трибунал», а ее — на украинском сайте «Миротворец».

— Вы пытались ее переубедить?

— Нет, я считаю, что человек сам должен понимать, чью сторону занимает.

Теперь у Александра и его бывшей девушки даже паспорта разные. Вообще в ДНР у людей может быть три паспорта — украинский, российский и ДНР.

— Но тех, кто работает на госслужбе, заставляют от украинского паспорта отказаться и получить «книжечки с курочкой» — я так называю паспорт ДНР, — объясняет Александр. — А в последнее время их заставляют получать и российские паспорта, их выдают только тем, у кого есть паспорт ДНР. Украинские паспорта раньше обратно отдавали, а сейчас уже нет. Почему местные хотят сохранить украинские паспорта? Чтобы иметь возможность ездить без визы в Евросоюз. Ну и получать пенсию. Украина платит тем, кто получил справку переселенца. Некоторые получают документ и уезжают обратно. Раз в месяц или раз в два месяца приезжают в Украину, чтобы снять деньги, некоторые обналичивают деньги в конвертационных центрах, за процент, другие передают карточки родственникам и знакомым, которые едут в Украину, чтобы сэкономить на дороге.

Следы войны на Донбассе

Прямого соединения с отрезанным Донбассом у Украины нет. Люди доезжают до блокпоста на украинской маршрутке или машине, проходят контроль, пересаживаются на транспорт с номерами ДНР и могут ехать дальше. Точно такая же схема работает, если хочешь попасть в Крым.

Мы подъезжаем к Семеновке, где до сих пор стоят разрушенные здания психиатрической больницы. Рядом строятся новые корпуса.

— Недели полторы здесь продолжалась перестрелка, — вспоминает Александр. — Прямо перед нами — дорога на Николаевку, откуда шли наши ребята, [противникам] было выгодно находиться на возвышенности, чтобы просматривать местность. Из гражданских пострадал один человек, по глупости: вылез посмотреть, что происходит. Больница, как видите, полностью разрушена. Снаряды долетали и до ближайших домов.

Разрушенные корпуса бывшей психиатрической больницы

Рядом проезжают три машины с обозначением ОБСЕ. Спрашиваем, чувствуют ли местные себя в безопасности от того, что наблюдатели продолжают работу.

— Честно? Вообще не чувствуем. Все обстрелы проходят ночью, когда наблюдатели спят. Представители ОБСЕ, по сути, — статисты. Ну фиксируют они нарушения со стороны сепаратистов. А те отрицают. И на этом все.

Читайте также:  Шуточное поздравления на свадьбу с прикольными подарками

— Как вы думаете, когда закончится война?

— Когда Россия откажется от проекта Новороссия.

— А если никогда?

— Значит, никогда. Нам сейчас пытаются втюхать идею про автономные республики. В итоге мы получим территорию, которую нужно отстраивать, и зомбированное население. А что делать с людьми, которые воевали: амнистировать, посадить, отправить в Россию? Обстановка не очень хорошая. А еще они хотят иметь особый статус, это просто будет проблемная зона, скажу грубо — гангрена.

«Человек, который умеет убивать, может продолжить делать это за деньги»

Президент Академии украинской прессы Валерий Иванов с 2014 года регулярно бывает на Донбассе. Он говорит, что ложное понимание патриотизма, которое особенно часто использовали политики, скрыло проблемы, которые не решены и сегодня.

— Бойцы добровольческих батальонов Национальной гвардии и регулярной армии не только воевали, но были и случаи мародерства. Значительная часть смертей на фронте и близко к фронту объяснялась не только борьбой с врагом, но и расхлябанностью, алкоголизмом — небоевыми действиями. Эти проблемы замалчивались. А тех, кто писал об этом, начинали преследовать. Против газеты «Зеркало недели», которая написала о продаже Украиной своим защитникам оружия через государственный концерн «Укроборонпром» в 2014 году, было заведено уголовное дело, оно до сих пор продолжается.

То, что у нас очень поздно обратили внимание на проблему мародерства со стороны военных, людей с оружием, привело к очень плохим последствиям. У нас сейчас довольно неблагополучная криминогенная ситуация: постоянно происходят инциденты со взрывами гранат, уже никто не обращает особого внимания, когда случаются перестрелки.

Рядом с разрушенной больницей теперь идет строительство новых корпусов

По мнению Иванова, на востоке Украины сейчас не так опасно, как в других частях страны, как бы парадоксально это ни звучало. Объяснение простое: в той части страны очень сильно влияние полиции и других военизированных структур.

— Мариуполь, который буквально год назад был самым небезопасным, сейчас один из самых безопасных, потому что серьезно работает полиция. А вот под Киевом мы не удивляемся, когда слышим выстрелы, — поясняет собеседник.

В день нашего приезда в Киев в центре города был убит 3-летний ребенок: киллер целился в депутата областного совета, но промахнулся и в итоге застрелил сына депутата, который ехал в машине с отцом.

— Неучтенного оружия крайне много — это не тысячи единиц, это сотни тысяч. Когда во время Иловайского котла одна из частей снялась и уехала к себе в Западную Украину, она уехала с оружием. Очень много оружия привезли бойцы добровольческих батальонов. Когда в 2016 году мы ездили на Донбасс, блокпосты были не только на линии соприкосновения, чтобы не проникли диверсанты, блокпосты стояли и вглубь украинской территории — они были передвижными, чтобы выдвигаться и проверять демобилизованных на предмет оружия. Но это единичные случаи, на самом деле были налажены каналы, где уходили десятки тысяч стволов и очень большое количество боеприпасов. У нас периодически загораются склады вооружений, сообщается, что там все уничтожено. Скорее всего, это не так, но это очень закрытая сфера. Журналисты пытались туда проникать, запускали дроны, но их сразу же обвиняли в том, что они российские шпионы, раз исследуют деятельность «Укроборонпрома». Конечно, это не так, журналисты просто делали свою работу.

Еще одна проблема, по мнению Валерия Иванова, — с демобилизованными никто не работает в плане реабилитации.

— Эти люди уже имеют навык убивать, на войне они за это получали деньги, и они привыкли более-менее жить, а когда они возвращаются в мирную жизнь, у них нет работы. Естественно, возникает соблазн продолжать убивать уже на платной основе. И были ситуации, когда за заказные убийства задерживали бывших бойцов. Государство, к сожалению, крайне мало делает для реабилитации этих людей. Есть психологические службы, но они не охватывают на 100% демобилизованных, они помогают только тем, кто сам обратился. Главное, что у этих людей нет рабочих мест. Можно было бы использовать американский и британский опыт по реабилитации людей, которые служат в горячих точках, но этого не произошло, и разговоров таких не ведется, это не ставится во главу угла нашими политиками.

«Никто не повинился в сделанном. Как простить?»

Рядом с одним из мемориалов погибшим за освобождение Украины встречаем пана Михайло. В свои 70 лет, говорит он, ждет только одного — когда даже разговоров о войне не будет.

— Мой дом повредили, когда была перестрелка, но слава Богу, мы с женой живые остались, — рассказывает он. — Я родился после Второй мировой, но конечно, дома и в школе всегда рассказывали про войну. Мог ли я подумать, что мой дом обстреляют, что я с больной женой на мопеде поеду прятаться к сестре? Конечно, не мог. Меня пугает, что за каких-то пару лет мы ко всему этому привыкли. Слышишь, что десять человек убили, — ужас, ужас. Потом слышишь, что 20, 30… И уже как будто все равно. Наперед не думаешь. День прожил — и слава Богу.

Пенсионер Анатолий Водолазский в мае 2014 года, когда прошел так называемый референдум о самоопределении Донецкой Народной Республики, в знак протеста вышел на площадь родной Дружковки с украинским флагом.

— Было противно, — вспоминает он. — Было чувство злости от того, что и в нашем городе начался дээнэровский шабаш.

Через десять минут, по словам Анатолия, к нему подъехали неизвестные в балаклавах, заломали руки, надели на голову мешок и забросили в машину. Привезли в Краматорск, там, в здании городской администрации, была небольшая сортировочная комната, где Анатолий Водолазский оказался с такими же несогласными, а еще с баптистами, алкоголиками и наркоманами.

— У них тогда было что-то вроде программы очищения общества, — говорит собеседник. — Меня избили, а наутро заставили грузить мешки с песком. Я думаю, спасло меня то, что в моем телефоне, который у меня сразу же отняли, были номера местных прокуроров и судей, я тогда работал завхозом в суде. Через сутки меня отпустили.

— Как семья отнеслась к вашему поступку?

— Они меня не поняли.

По воспоминаниям жителей Дружковки, подвал местной милиции, который в советское время использовался как изолятор, летом 2014 года повторил трагическую историю. Так называемые ополченцы свозили сюда неугодных людей.

— До того как меня забрали «на подвалы», я не понимал, насколько опасно стало жить в нашем городе, — говорит священник Украинской православной церкви отец Дионисий (Васильев). — Я проводил службу и даже не осознавал, что подвергаю риску не только себя, но и своих прихожан. Ведь в мой храм приходили люди с проукраинскими взглядами. Когда в Киеве был майдан, многие из них ездили на протесты.

В июне 2014-го домой к отцу Дионисию приехали три человека в балаклавах и с оружием. Скрутили и посадили в машину, не объясняя причину.

— Я просил: «Дайте хотя бы дом закрою» — а в ответ: «Он тебе больше не нужен». Моральное состояние было очень тяжелое. У них были подозрения, что я специально к моменту конфликта как проукраинский батюшка приехал в Дружковку и убеждал людей ехать на протесты в Киев. Спрашивали, кто меня прислал и зачем мои прихожане ездили на майдан. Я — патриот Украины, но никого не склонял участвовать в протестах.

Свою историю отец Дионисий рассказывает в том самом подвале. Видно, что ему тяжело даются воспоминания.

— Здесь не было ни матрасов, ни кресел. Раз в сутки закидывали пачек 20 лапши и ставили пару баклажек воды. Мы ели сухие макароны и запивали этой водой. Баклажки, которые опустошали, использовали вместо туалета. Представьте, какой здесь стоял запах.

Подвал находился в бывшем здании милиции, где еще раньше был изолятор временного содержания. Сейчас там — Государственная служба охраны. Местные активисты хотят сделать музей в комнатах подвалов.

Одну из комнат, по воспоминаниям отца Дионисия, использовали для допросов — в конце коридора.

— Сепаратисты в балаклавах били задержанных, кололи ножом, запугивали. От меня они хотели услышать, кто меня прислал, и самое главное — информацию про архиепископа Сергия, моего руководителя. Но я не мог им дать никакой информации, потому что попросту ничего не знал. В 2013 году меня просто перевели из Полтавы в Дружковку, а у них было совсем другое мнение. На третьи сутки зашел человек в балаклаве, забрал на допрос. Он сказал мне: «Ты молодой парень, мы все пробили, все поняли. Давай договоримся так: ты сейчас пишешь расписку, что в течение суток покидаешь Дружковку и никогда здесь не появишься. Не приведи Господь тебе нам попасться, поедешь в Славянск на посадку». Я думаю, любой бы на моем месте написал расписку. Я думал вернуться к матери в Полтаву, но потом решил спрятаться у друзей, которые живут в пригороде. Три недели прожил на нелегальном положении, а потом освободили наш город. С первых дней я помогал украинским солдатам, сначала как волонтер: по первому образованию я повар, поэтому выпекал пирожки, даже носки вязал для наших ребят. Потом я стал капелланом Национальной гвардии, выезжаю на передовую.

Читайте также:  Рестораны где отметить свадьбу

Отцу Дионисию 35 лет. Он, как и все наши собеседники, говорит, что до 2014 года никогда не думал, что узнает, что такое война. И, как и все, каждый день молится за мир.

— Мы стали заложникам руководителей государств. Мне больно от смерти человека, который умер и с той стороны.

— Вы можете их простить?

Отец Дионисий задумывается. Отвечает прихожанин его церкви:

— Вы говорите, простить… На сегодня с той стороны еще никто не просил прощения. Как я могу прощать? Никто не повинился в сделанном, а сколько людей они здесь убили! За что они убили Володю Рыбака из Горловки? Разрезали живот и утопили. За что они убили молодого парня Степана Чубенко? Выбили зубы и расстреляли. И они что, просили прощения за это? Нет!

— Самое тяжелое в моей работе — это отвозить «двухсотых» [гробы с убитыми солдатами] домой и смотреть в глаза родителям, женам и детям. Это очень больно, — говорит отец Дионисий. — Как священник я должен понять и простить ту сторону. Но как человек, к сожалению, я простить не могу.

Павел Каныгин рассказывает, почему через пять лет после катастрофы рейса МН17 Москва не боится итогов официального расследования и может отразить любой удар

Обломки боинга и сепаратист. Июль 2014. Фото: Reuters

  • Пять лет назад, 17 июля 2014 года, в небе над Донбассом ракетой «земля–воздух» был сбит малайзийский «Боинг» с 298 пассажирами на борту. Все они, включая 80 детей, погибли еще в воздухе от баротравм и очень низких температур вследствие мгновенной разгерметизации. В телах пилотов были обнаружены поражающие элементы — двутавры, — напоминающие по форме галстук-бабочку, которыми начиняется боевая часть ракеты ЗРК «Бук».

    есть продолжение

    Факты. Вместо транспортника Ан-26 сбит гражданский лайнер

    Ракета была выпущена по гражданскому самолету из поселка Первомайское (окрестности города Снежное). Зенитный комплекс «Бук», как позже установили международные следователи (JIT), был доставлен в зону конфликта с территории России и передан представителям «ДНР». Внешние особенности ЗРК «Бук», стрелявшего по МН17 из Первомайского, идентичны зенитному комплексу 332 из курской 53-й бригады ПВО РФ; как выяснила «Новая», представители этого войскового соединения в июле 2014 года находились на российско-украинской границе для «несения боевого дежурства».

    Каким образом оружие российской армии оказалось на территории соседнего государства, кто санкционировал его передачу, еще предстоит выяснить. Но так или иначе, именно в тот период силы сепаратистов в Донбассе испытывали острую необходимость в средствах ПВО. Украинская авиация активно перебрасывала войска в тыл сепаратистов, угрожая отрезать их от российской границы и, соответственно, перекрыть все виды помощи, которая шла в «ДНР» и «ЛНР» из Ростовской области.

    Устранение воздушной угрозы стало вопросом выживания для сепаратистов, которые обычными переносными зенитными комплексами не могли дотянуться до судов, летающих на большой высоте.

    Об этом в начале лета 2014 года говорил, в частности, «глава Минобороны» «ДНР» Игорь Стрелков-Гиркин, обращаясь за помощью к главе аннексированного Крыма Сергею Аксенову.

    «Если в ближайшее время не будет масштабной помощи, то нас задавят, — говорит ему Стрелков-Гиркин. — Если не будет решен вопрос с российской помощью, с воздушным прикрытием хотя бы, с поддержкой артиллерии, то не удержать нам юго-восток. Нужна противотанковая артиллерия, нужны танки, нужны нормальные ПВО. ПЗР мы уже не можем обойтись, и все это нужно со специалистами, уже готовыми. Времени готовить [самим] их у нас уже не будет…»

    «Понимаю, Игорь, — говорит Аксенов. — Там [в России] готовят документы…»

    Ситуация меняется к середине июля, призывы «главы Минобороны» Стрелкова-Гиркина, вероятно, услышаны.

    14 июля 2014 года сепаратистам удается сбить военно-транспортный Ан-26 ВВС Украины; борт летит на высоте более 6000 метров, которая доступна лишь для дальнобойных ПВО вроде «Бука».

    Утром 17 июля 2014 года представители «ДНР» получают информацию о вылете очередного транспортника Ан-26. ПВО «ДНР» атакуют летящий объект из окрестностей Снежного, о чем почти сразу сообщают официальные российские СМИ. Стрелков-Гиркин пишет о «продолжающемся птичкопаде». В перехваченных телефонных разговорах между «ополченцами» речь также идет о подбитом Ан-26.

    Лишь прибыв на место падения самолета, сепаратисты понимают, что сбит гражданский лайнер.

    Фейки. Сбили не «ополченцы», а украинский самолет

    С первого же дня после трагедии российские власти заявляют о непричастности сил «ДНР» и «ЛНР» к атаке на пассажирский «Боинг», не говоря уже о собственной роли. В этой связи отказ от ответственности стал одной из причин для ввода секторальных санкций ЕС в отношении России. И пожалуй, именно отказ от ответственности — единственный неизменный момент в развесистой, на первый взгляд запутанной и постоянно меняющейся линии Москвы по делу о гибели МН17.

    Свою линию Москва выстраивала с помощью не только официальных спикеров, но и подконтрольных СМИ, через которые шли вбросы альтернативных версий крушения. Провластные медиа в первый год после трагедии МН17 были основным источником версификаторства и дезинформации.

    Пропаганда муссировала сразу несколько фейков, самым известным из которых стала легенда про украинский военный самолет, атаковавший «Боинг».

    Для поддержки этой версии провластные СМИ всякий раз использовали данные, которые оказывались целиком сфальсифицированными либо неполными.

    Источником главного фейка в первые месяцы после крушения оказалось Минобороны России. На пресс-конференции 21 июля 2014 года военные заявили, что в момент катастрофы рядом с MH17 находился украинский самолет, что якобы подтверждали данные с российских радаров (через два года военные опровергнут свой вывод, представив другие данные). Таким образом появляется история Су-25 под управлением капитана Волошина. О капитане Волошине написала «Комсомольская правда» со ссылкой на анонимного механика из Днепропетровска. Вернувшись с пустым боекомплектом, расстроенный капитан Волошин якобы сказал своему механику: «Самолет не тот». Позже СК РФ заявил о том, что проверил информацию и доверяет показаниям анонимного свидетеля. Однако конструктор Су-25 Владимир Бабак объяснил, что штурмовик не имеет вооружения, с помощью которого можно было бы сбить крупный лайнер, а предельная высота его полета 7 км, в то время как МН17 шел на высоте 10 км.

    Продлил жизнь фейку о Су-25 твит «испанского диспетчера», который якобы работал в киевском аэропорту Борисполь: пользователь под ником spainbuca написал, что за несколько минут до трагедии видел на радаре рядом с МН17 два украинских военных самолета. Позже выяснилось, что под видом «испанского диспетчера» посты в твиттере размещает разыскиваемый по подозрению в подлоге Хосе Карлос Барриос Санчес, не имеющий никакого отношения к авиации; лжедиспетчер сообщил, что посты в соцсетях писал за деньги, которые ему платил телеканал Russia Today.

    Наконец, свой вклад в распространение дезинформации внес автор «Первого канала» и нынешний пресс-секретарь «Роснефти» Михаил Леонтьев. В конце 2014 года Леонтьев предъявил в эфире черно-белый якобы спутниковый снимок, на котором запечатлено движение ракеты, выпущенной по «Боингу» украинским военным самолетом.

    На этот раз, благодаря низкому качеству подделки, фальсификацию смогли раскрыть даже пользователи твиттера и «Живого журнала».

    Пока пропаганда сочиняла новые путающие версии (например, о том, что вместо «Боинга» целью украинских ВВС был борт № 1 с Путиным), официальное расследование в Нидерландах собирало улики и свидетельские показания. В октябре 2015 года Совет по безопасности Нидерландов объявил, что ракета ЗРК «Бук», выпущенная по самолету из окрестностей Снежного, была единственной причиной крушения МН17. Тогда же стало известно, что Совет обращался за помощью к российской стороне, и в частности, производителю «Бука» — госкорпорации «Алмаз-Антей».

    При координации Нидерландов началось и международное криминальное расследование, которое должно было ответить на вопросы о том, как Бук оказался у сепаратистов, кто был в экипаже и, наконец, кто отдавал приказы о перемещении установки и открытии огня.

    Эксперты международной следственной группы на конференции для журналистов. Нидерланды. Фото: Павел Каныгин / «Новая газета»

    Фейки. Сбил «Бук», но украинский

    Над собственной «официальной версией» в России стали работать, поняв, куда идет расследование голландцев.

    Стало очевидно: фейки, транслируемые даже по федеральным каналам, больше не могут соревноваться с предъявленным фактическим материалом и расчетами.

    «Российскую версию» к лету 2015-го целиком и полностью выстроил госконцерн «Алмаз-Антей». Она заключалась в том, что малайзийский «Боинг-777» действительно был атакован «Буком», но не российским, а украинским — из села Зарощенское, якобы контролируемого ВСУ.

    Но выводы «Алмаз-Антея» шли в противоречие с реальным положением вещей в Зарощенском. В своем расследовании от 8 июня 2015 года «Новая газета» предъявила записи свидетельств жителей Зарощенского, которые заявили, что 17 июля и ранее в селе и его окрестностях не было украинских военных, а на полях вокруг него отсутствовали следы передвижения техники — от колес или гусениц ЗРК. Более того, в Зарощенском находился блокпост «ДНР». Заключения «Алмаз-Антея» были позже опровергнуты и независимыми экспертами Bellingcat.

    Читайте также:  Видеть во сне собираться на свадьбу

    Читайте также

    «На нашем поле «Бука» не было. Ни следа — ни от гусениц, ни от велосипеда»

    Тем не менее в подтверждение своих слов инженеры госконцерна провели «натурный эксперимент», в ходе которого дважды взорвали на полигоне в Нижнем Новгороде ракету комплекса «Бук»: в первом случае — моделируя выстрел по «Боингу» со стороны Зарощенского с использованием бутафории, во втором — со стороны Снежного, в этом случае ракета атаковала на земле корпус списанного самолета Ил-86.

    Также инженеры представили расчеты суперкомпьютера, который подтвердил версию российского госконцерна о точке запуска ракеты из Зарощенского, высчитав ее «из всех возможных 14 миллионов вариантов». Один из главных доводов «Алмаз-Антея», настаивающего на запуске «Бука» из Зарощенского, является картина разлета поражающих элементов ракеты на корпусе самолетов. Госконцерн заявляет, что при взрыве ракеты осколки разлетаются строго перпендикулярно направлению ее полета, «разрезая» объект атаки словно скальпелем. Это означает, что в случае запуска ракеты из Снежного (она двигалась навстречу МН17) осколки должны были «прошить» кабину пилотов поперек, однако они, по мнению «Алмаз-Антея», «прошили» кабину «Боинга-777» исключительно «вдоль».

    В то же время при запуске ракеты из Зарощенского, согласно выводам инженеров и натурного эксперимента, разлет поражающих элементов выглядит именно так, как на корпусе малайзийского «Боинга-777».

    Однако в достоверности натурного эксперимента «Алмаз-Антея» усомнились как голландцы, так и российские эксперты, указав на грубейшие ошибки и чрезмерные допущения в ходе его проведения. Например, одна из главных ошибок, как рассказал «Новой» авиаэксперт Вадим Лукашевеч, состоит в том, что

    госконцерн при моделировании условий выстрела из Зарощенского использовал по неизвестным причинам технические характеристики «Боинга-767» (диаметр его фюзеляжа — 5 м вместо 6,2, как у «Боинга-777»).

    Одновременно были неверно рассчитаны направление ветра (по данным А.А., ветер дул с северо-востока, хотя на самом деле — с юго-запада), азимут подлета ракеты, перепутан с истинным магнитный курс. В целом не приняты во внимание условия полета на высоте 10 000 метров двух объектов, движущихся навстречу друг другу с высокой скоростью. Но что самое примечательное — в расчетах и экспериментах госконцерна направление движения МН17 оказалось отклонено вправо на 8,26 градуса в горизонтальной плоскости, что автоматически сместило искомый район пуска ракеты на запад — в сторону Зарощенского.

    Инфографика: Анна Жаворонкова / «Новая газета»

    Также, по словам Лукашевича, ошибочным в целях установления истины оказалось решение использовать для второго взрыва корпус Ил-86: от «Боинга-777» его отличает обвод носа, что имеет критическое значение. Наконец, Лукашевич замечает, что поражающие элементы ракеты «прошили» кабину пилотов действительно «поперек» (то есть перпендикулярно движению ракеты), об этом свидетельствуют продемонстрированные голландцами элементы — верхняя панель обшивки кабины пилотов, кресло второго пилота, концевая часть правого крыла. «Алмаз-Антей» эти детали в своем исследовании проигнорировал. (Подробнее об этом Лукашевич написал в своем материале для голландского издания NRC Handelsblad и журнала Forbes.) Таким образом, получается, что госконцерн опять-таки то ли сознательно, то ли по ошибке выдвинул в качестве обоснования неправоты голландцев тезис, который не соответствует действительности.

    Надо отметить, что труды работников «Алмаз-Антея» в последние годы почти не упоминаются ни пропагандой, ни чиновниками. Что неудивительно: столь сложная работа с вычислениями и дорогостоящими экспериментами закончилась полным развенчанием.

    Однако версия об «украинском «Буке» продолжает жить, но подкрепляют ее новые вбросы, менее дорогие в производстве, но при этом сложно верифицируемые.

    Например, вот еще один момент, который используется для обоснования версии с украинским «Буком», — «новые данные» с радара «Утес-Т» в Ростове. Об их существовании в Минобороны РФ сообщили на специальной презентации лишь осенью 2016 года;

    исходя из «новых данных», рядом с МН17 не было боевых самолетов, хотя ранее военные утверждали обратное.

    Вместе с тем радар не зафиксировал и вылет ракеты из окрестностей Снежного. Но могли ли «новые данные с радаров» видеть вылет ракеты из Зарощенского? «Нет», — заявил генерал-майор ВКС Андрей Кобан:

    «Технические возможности российских средств объективного контроля не позволяют сделать вывод о том, был ли произведен пуск ракеты с территорий, находящихся южнее или западнее точки катастрофы».

    Вышла удивительная ситуация — взявшиеся вдруг из ниоткуда данные с радара могли фиксировать лишь выгодное российской стороне положение вещей — то, которое не дает полной картины события, а лишь опровергает доказанный международным следствием факт.

    Читайте также

    Голос «Хмурого». Мы нашли сослуживца российского полковника, которого считают ответственным за перевозку «Бука», сбившего «Боинг» MH17

    Несмотря на то что военные не моргнув опровергли свои же выводы от июля 2014 года и полностью лишили компетентную публику иллюзий о доверии к себе, главная цель была все же достигнута. «Новые данные» позволили Москве снова ставить под сомнение в публичном пространстве выводы международного следствия JIT. Повторяющиеся вопросы о радарах, словно списанные с одного темника, сотрудники провластных СМИ с той поры действительно задают на каждом публичном мероприятии, посвященном МН17. А когда на них не отвечают, уже официальные спикеры в Москве говорят о нежелании сотрудничать, двойных стандартах, попытке Запада свалить всю вину на Россию и, наконец, русофобии.

    В этом контексте стоит взглянуть еще на одну — пока последнюю — порцию «новых сведений» от официальной российской стороны, она поступила в сентябре 2018 года. На очередной презентации в Минобороны РФ показали документы, указывающие на украинское происхождение ракеты от установки «Бук» — согласно бумагам Минобороны, еще в конце 80-х годов ракета с серийным номером двигателя 9032 была поставлена в воинскую часть в украинский Тернополь.

    Напомним, что в мае 2018 года голландцы продемонстрировали оболочку ракетного двигателя с серийным номером 9032, заявив, что она, возможно, является важной уликой.

    Члены международной следственной группы предъявили журналистам вещдок с цифрами серийного номера. Фото: Павел Каныгин / «Новая газета»

    (Надо отметить, что ракета ЗРК «Бук» не сталкивается с объектом атаки, а взрывается в непосредственной близости от него, выбрасывая поражающие элементы перпендикулярно своей оси. При этом корпус ракеты, ее крылья, двигатель и так далее становятся вторичными поражающими элементами.)

    По информации «Новой», двигатель оказался в распоряжении JIT благодаря посредничеству неизвестных лиц из «ДНР», попросивших за находку гонорар.

    Источник «Новой» называл сумму в несколько десятков тысяч долларов.

    обновлено

    При этом редакции неизвестно, была ли выполнена эта просьба.

    Так или иначе, подлинность этого вещдока и истинные мотивы «посредников» являются на сегодня единственным непроясненным вопросом в деле МН17. По словам главы JIT Фреда Вестербеке, международные эксперты до сих пор изучают данные о ракете.

    Молчание офицеров

    Вбросы путающих сведений и дискредитация международного следствия — все это стало фирменным стилем российских властей во всем, что касается трагедии МН17. На каждое новое свидетельство JIT Москва предъявляет свое — подтвержденное бумагами, заявлениями официальных лиц и «объективными данными».

    В ответ на последовательно выстраиваемую по всем канонам криминалистики доказательную базу власти России отвечают последовательным троллингом в медиапространстве.

    Читайте также

    Конспирологи в помощь скучающим офицерам. В Москве прошла странная презентация книги о крушении малайзийского «Боинга»: что с ней не так?

    Пример с «новыми данными» с радара показал, что Москву не тревожат вопросы достоверности и репутации. Главное — выиграть время, сделать тактический удар на опережение, сбивающий с толку. А дальше — война план покажет.

    При этом огромный массив действительно достоверной информации находится именно в России, здесь же — и сотни живых свидетелей. Все они пока, будто подчиняясь неизвестному приказу, отказываются говорить на тему малайзийского «Боинга». Среди них есть непубличные генералы ГРУ, есть просто рядовые, кто-то на службе, кто-то в запасе, много гражданских. Но даже медийные фигуры вроде Гиркина, Бородая, Дубинского и Погодина, комментируя любые новости на свете, избегают вопросов на тему МН17. Или даже пытаются удалить из интернета то, что уже сказано. Очевидно, что их молчание власть конвертирует в иммунитет от любых посягательств извне.

    Но что будут делать эти люди, когда изменения неизбежно придут во власть?

    Почему это важно

    Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть честной, смелой и независимой, станьте соучастником «Новой газеты».

    «Новая газета» — одно из немногих СМИ в России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Пять журналистов «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

    Ссылка на основную публикацию
    Часы работы загса на кутузовском проспекте
    Кутузовский ЗАГС Адрес: Москва, Кутузовскй проспект, д.23 Телефон: (495) 249-38-65 Метро: Кутузовская», от которой одна остановка в сторону центра на...
    Цветы из бумажных купюр
    День свадьбы важен не только для жениха и невесты, но и для людей, которых пригласили на торжество. К этому празднику...
    Цветы из гофрированной бумаги своими большие розы
    Анастасия Скореева Подарки своими руками 26.12.2019 Здравствуйте, друзья! Давайте продолжим с вами любимую многими тематику рукоделия и подумаем, что же...
    Часы работы загса первомайского района
    Адрес: Москва, 9-ая парковая улица, д. 5 «а» Телефон: +7 (499) 463-11-05(заключение брака, чествование юбиляров), +7 (499) 463-10-87 (внесение изменений/исправлений,),...
    Adblock detector